Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

Из польской прессы

В прошедшем 2018/2019 учебном году в Польше обучалось 78,3 тыс иностранных граждан, из них 29 тыс. прибыли из Украины, 7,3 тыс., то есть на втором месте, - из РБ (9,3 %), а на третьей позиции оказались индусы (3,5 тыс. студентов). Всего Украина и РБ дали 46 % всех иностранных студентов. Интересно, сколько будет в 2020/2021 учебном году?
Поляки, работающие за границей, перевели в страну 4,1 млрд. злотых, то есть миллиард долларов. Круговорот славян на рынке труда.   
В польских кинотеатрах продано в 2019 году 60,2 миллиона билетов общей стоимостью 1,13 миллиардов злотых. В лидерах проката оказались "Король Лев" и "Холодное сердце 2". Все водят детей в кино.
В Польше реализовано 250 тыс. проектов с участием ЕС на сумму 1 биллион злотых, из которых 600 миллиардов злотых выделены по линии Евросоюза, то есть где-то более 136 миллиардов евро.
Популярный в правых сми ксендз Томаш Йохемчык утверждает, что "целуя руку ксендзу, вы целуете руку Христу". Перед интервью правые журналисты целуют ему руку, а он отпускает им грехи. 
В 2019 году в Польше зарегистрировано 1368 случаев кори, в позапрошлом -  126. Во всем виноваты антипрививочники и украинцы, поскольку на Украине нет обязательной вакцинации.
Анджей Сапковский по версии интернет магазина Амазон возглавил рейтинг самых читаемых авторов. Вот что провальный сериал с импортным читателем сделал.
150 тыс. поляков в возрасте от 18 до 24 лет должны банкам 1 млд. злотых. 
 

Семена дракона

Из письма заместителя начальника Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) М. Т. Иовчука и заместителя
заведующего отделом пропаганды Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) Е. Н. Городецкого Г. М. Маленкову
о недостатках в политработе в западных областях Белоруссии

"Недопустимо слабо вовлекается в общественно-политическую жизнь местная интеллигенция и особенно учительство. За время оккупации гитлеровцы проводили с учителями активную работу, организовывали для учителей антисоветские лекции, беседы, внушали учителям шовинистические идеи. В Барановичской области из 1800 учителей 200 чел. окончили краткосрочные курсы при немцах. Немцы вводили в школах извращенный на немецкий лад белорусский язык, вытравляя из белорусского языка все родственное русскому.
В ряде районов западных областей БССР положение в школах продолжает оставаться тяжелым. Во многих белорусских школах детей обучают поляки, не знающие белорусского языка. Эти учителя говорят на малопонятном ломаном белорусском языке, употребляя 50 % польских слов. Учителей повсюду не хватает: только в Гродненской области не хватает 1211 учителей".

Русское Вильно

Я не знал, что юный М. Бахтин некоторое время (с 1905 по 1911 гг.) учился в Вильно и даже в беседах кое-что рассказал о первой виленской гимназии:
" И Виленская гимназия была очень хорошая. Орловская гимназия была несколько похуже. А вот Виленская гимназия, 1-ая Виленская гимназия была очень хорошая. Там было всего две гимназии на весь город и, в сущности, на всю губернию.

— Платили за гимназию?

— Платили, Но, нужно сказать, очень много было стипендий. В сущности, хорошо учившийся и нуждающийся всегда мог рассчитывать на стипендию. Чтобы выгоняли из гимназии за невзнос платы — я не слышал о таком случае. Всегда родительский комитет выносил соответствующее решение, и ученика освобождали от платы.

— А стипендии эти были за счет частных пожертвований?

— Да, за счет частных пожертвований. 1-я Виленская гимназия находилась в здании древнего Виленского университета, построенного в XVI веке. Самые лучшие воспоминания мои связаны, конечно, с детством, но и с Вильно, и с этой гимназией, и с этим домом прекрасным. Дом этот занимал целый квартал, и атмосфера там была какая-то особая. Было несколько дворов, каждый двор имел название. Например, тот, главный, двор, куда я входил и все входили, был двор Лелевеля. Лелевель — один из деятелей старой Польши, в честь него назвали этот двор. Все дворы имели какие-то названия. В этой Виленской гимназии до меня учился Пилсудский и вообще многие, ставшие потом видными деятелями. Преподаватели там были очень хорошие. Это была чисто русская гимназия, хотя там было много поляков. Преподавание велось на русском языке, а для поляков был устроен польский язык, который посещали только поляки по желанию.

— Преподавался даже? А не преследовался?

— Нет. Это все страшные преувеличения. Он не был обязательным: кто хотел, тот учился. Я помню преподавателя. Это был удивительный человек! Он был очень красив, типичный поляк, с бородой, очень красивый человек и очень духовный человек.

— А литовского языка не было?

— Литовского не было. В гимназиях не было. Может, где-нибудь был. Там ведь были еще частные гимназии. Преподаватели были хорошие, очень. Я, во всяком случае, не помню ни одного, который вызывал бы антипатию у меня и у других. Это все были честные люди, знающие люди, иногда очень знающие, благожелательные. Мы все очень любили Адриана Васильевича Клуковского, до сих пор его помню. Называли его у нас (конечно, у всех прозвища были) «артист прогоревшего театра». У него были седые кудри и что-то в нем, действительно, было от артиста старого, но прогоревшего театра. Но это был человек знающий. Он преподавал русский язык и русскую литературу. Преподавал замечательно, с увлечением, я бы сказал, со страстью, которая заражала всех. Он и писал. Взгляды у него были отнюдь не революционные. Была опубликована его работа «Религиозные веяния в русской поэзии». Потом он писал о Тургеневе. Еще в 16-м году последняя его статья была опубликована в «Журнале Министерства народного просвещения» Существовал такой журнал. Преподаватель математики Янкович мне тоже очень нравился, и всем нравился. Он был несколько сухой, но чрезвычайно логичный. Он ничего не давал так, чтобы запомнить, нет, он все умел как-то доказать, довести до сознания."
Интересно, что Ю. Мацкевич, учившийся, кажется, в частной гимназии Виноградова, по немного попозже, рассказывал о том, что поляки-гимназисты без энтузиазма относились к тому, что приходилось приходить на дополнительные занятия по польскому языку. Оказывается, что аналогичные услуги предлагали и казенные гимназии.   

Что нас объединяет/разъединяет - N


Минимальная оплата на ставку в польских вузах: ординарный профессор (доктор (степень) и профессор (звание) на этой должности - пик вузовской карьеры (не административной) получает чуть более 950 долларов, аспирант - 367 долларов. Средний доцент с кандидатской степенью чуть более 680 долларов. Минимальная оплата в торговой сети Бедронка - 478 долларов. Минимальная по стране - чуть более 382 долларов. Впрочем, думаю, что оплата преподавательского труда будет повыше, поскольку идут вузовские доплаты и т. п. Вместе с тем в преподавательском составе происходит постепенное сокращение доли мужчин: 41 % против 59 %, что, по моему мнению, показатель падения престижа профессии вузовского преподавателя.   

Орден корыта

Молодым везде дорога

Из результатов опроса информационно-аналитического центра при администрации за 2016 г.: "Согласно результатам проведенного исследования, 36 % молодых людей в принципе не допускают своего выезда из страны. Допускают переезд в другое государство на время учебы, работы 31 % юношей и девушек. Высказали намерение уехать на постоянное место жительства в другую страну 27,5 %.", т.е. более, чем каждый четвертый гражданин РБ в возрасте до 31 года по официальным данным намерен уехать, каждый третий допукает вероятность отъезда на работу или учебу.     
Причина отъезда:

Разное

Ради интереса просматривал статистические обзоры ВШЭ. Оказалось, что в РБ все меньше регистрируется патентов на изобретения. В 1995 г. их было зарегистрировано 1039, а в 2015 г. - 691, причем 78,6 % патентов подали граждане РБ. Правда, по сравнению с Таджикистаном, где в 2015 г. приняли лишь одну заявку, а в 2014 г. вообще ничего не было зафиксировано, РБ смотрится как технополис.  

Что нас разъединяет?

Средняя номинальная зарплата в системе образования РБ в 2014 г. равнялась 407 долларам (при всем коварстве среднеарифметических показателей). Иная ситуация с оплатой труда в Польше. В 2014 г. средняя заработная плата работников системы образования составила 4015 злотых (приблизительно 1056 долларов), причем оплата государственных служащих, военных и полиции в Польше была больше лишь на 645 злотых или на 16 %.  В такой отрасли как строительстве средний заработок составил 3102 злотых, в промышленности – 3536. У нас Белстат предпочитает не сопоставлять данные о средней зарплате педагогов с оплатой труда военнослужащих и милиционеров. Вместо этого предлагается сравнить средние заработки со строителями и работниками других отраслей народного хозяйства. При этом сравнение окажется далеко не в пользу педагогов. Например, труд строителей в среднем оплачивался выше на 37 %, а в промышленности – на 29 %.    

Польский мир - 2

В польскую гимназию имени Яна Павла II в Вильнюсе по инициативе Министерства образования были отправлены для учащихся патриотические пакеты, в которых заботливо уложены два польских флага, герб, шарфы национальных цветов, учебные материалы. Директор гимназии заявила, что мечтает получить символы, которых так не хватает в школе, где воспитание направлено на поддержку польских традиций. Министр образования Польши А. Залевская удивилась тому, что школы, учителя, семьи за пределами родины как оказалось нуждаются в таких очевидных вещах, как польские гербы, флаги, информация, игры, которые станут их символической связью с Польшей. Эта инициатива будет распространена на все школы Полонии (польского мира). Учителям же, преподающим в польских школах за границами Польши, будут предоставлены равные права с польскими педагогами в стране. В частности, на них планируется распространение прав польской Карты учителя, определяющей выплаты, отпуска и т.п. При этом стаж будет рассчитываться с меньшим количеством необходимых для польского учителя часов проведенных занятий.  
 

Похрустим

Согласно закону от 10 мая 1912 г. учитель гимназии или реального училища с высшим образованием в первые пять лет получал 900 руб в год, а затем за каждые 5 лет выслуги ему назначалась прибавка в 400 руб. Таких надбавок за стаж ему полагалось четыре. Без высшего образования жалование назначалась в 750 руб. в год, а размер надбавок за стаж определялся в 200 руб. Учитель мог исполнять роль и классного наставника, что дополнительно оплачивалось в размере 600 руб. в год. Таким образом, молодой выпускник университета, который избирал для себя учительское поприще по ведомству Министерства народного просвещения получал за 12 уроков в неделю и классное руководство годовое жалование в 1500 руб. Для сравнения: в Витебске годовая оплата за найм квартиры из трех комнат стоила 300 руб., от 4 до 6 комнат (так называемая средняя) – 500 руб. Месячная плата для прислуги составляла от 3 до 8 руб. для служанки и 8-15 руб. для слуги.  Пенсия за 25 летний срок службы учителям с высшим образованием – 1800 руб., а директору гимназии – 2000 руб.  
В 1912 г. согласно данным фабрично-заводской инспекции средний годовой заработок рабочих по империи составлял 255 руб. Он, конечно, сильно различался в зависимости от уровня и характера развития промышленности. В Санкт-Петербургском округе он равнялся 323 руб. (по Витебской губернии – 169 руб. 55 коп.), Варшавском – 304 руб, (Гродненская губерния -  238 руб. 20 коп.), а в Киевском – 191 руб., но при этом в Минской губернии – 202 руб. 40 коп., а в Могилевской губернии – 184 руб. 63 коп.  
Я, конечно, понимаю, когда за советскую власть надрывает горло потомственный пролетарий. Он может завидовать "тилигентам", но когда учителя средней школы, которые не дотягивают до кассиров по оплате труда, или "профессура"... Классовый интерес товарищ Маркс призывал блюсти. 

И Бодрийяр нас всех заметил, и, в гроб сходя, благословил

Текст был написан в 1977 г.
    "При мысли, что дипломы будут выдавать без учета «реальной» научной деятельности без эквивалентности знаниям, администрацию Университета охватывает паника. Эта паника не связана с политической субверсией, эта паника от очевидности того, что ценность отделяется от своего содержания и функционирует сама по себе, в своей чистой форме. Университетские ценности (дипломы и т. д.) будут множиться и продолжат циркулировать подобно «блуждающему капиталу» или евродолларам, они будут вращаться по кругу, лишенные всякого критерия референтности, пока полностью не обесценятся, однако это не имеет значения: одного лишь их обращения достаточно для того, чтобы создать социальный горизонт ценности, и присутствие призрачной ценности от этого только возрастает, даже если ее референтная основа (ее потребительская стоимость, ее меновая стоимость, академическая «рабочая сила», которую она охватывает) теряется. Это страх перед ценностью, лишенной эквивалентности.
   Данная ситуация лишь кажется новой. Она нова для тех, кто все еще думает, что в Университете происходит реальный научный процесс, и вкладывает в это свой жизненный опыт, свои нервы, смысл своего существования. Обмен знаками (знания, культуры) в Университете между «теми, кто учит» и «теми, кого обучают» с определенного времени всего лишь сговор, сопровождающийся горечью безразличия (индифферентность — признак того, что влечет за собой отчуждение в общественных и человеческих отношениях), сопровождающийся симулякром психодрамы (с постыдной потребностью в тепле, в присутствии, с эдипальным обменом, с педагогическим инцестом, который стремится подменить собой утраченный обмен научной деятельности и знаний). В этом смысле Университет остается местом безнадежной инициации, приобщения к пустой форме ценности, и тот, кто находится в нем на протяжении нескольких лет, знаком с этим
странным процессом, с настоящей безнадежностью «нетруда» и «незнания». Ведь нынешние поколения еще мечтают читать, изучать, состязаться в знаниях, однако уже не готовы вкладывать в это всю душу, — одним словом, аскетическая культурная ментальность исчезла вместе с телесной и имущественной аскезой.
   Дистресс студентов от того, что им вручают незаслуженные дипломы, равен дистрессу преподавателей и дополняет его. Он более скрыт и более коварен, чем традиционное опасение провалиться на экзамене или получить бесполезное образование. Страхование диплома с ответственностью за все риски лишает смысла все перипетии познания и отбора и переносится тяжело. Поэтому необходимо усложнить все это либо предоставлением алиби в виде симулякра научной деятельности, который обменивается на симулякр диплома (преподаватель, «выдающий» обязательный минимум, трактуется как некий торговый автомат), либо некой формой агрессии или раздражения, с тем чтобы, по крайней мере, могло происходить еще хоть что-то напоминавшее «реальные» отношения. Но ничто не помогает. Даже «семейные сцены» между преподавателями и студентами, из которых теперь в основном и состоят их реальные взаимоотношения, являются лишь напоминанием и своего рода ностальгией по насилию или соучастию, тому, что когда-то сталкивало или объединяло их вокруг научной цели, или же цели политической".