istoriograf (istoriograf) wrote,
istoriograf
istoriograf

Categories:

Совдепия и антисемитизм

Выкладываю статью Ю. Мацкевича под названием "Совдепия и антисемитизм", написанную в 1953 г.

Совдепия и антисемитизм
Евреи  не составляют исключения
В Совдепии нет никакого антисемитизма.  В Совдепии,  впрочем, и не может быть антисемитизма, ибо там не существует расовой или национальной дискриминации.  Большевики не стремятся унизить или возвысить один народ за счет другого. Это их вообще не интересует. То, к чему стремятся большевики, - это преобразование природы. Отсюда исходит тот, на первый взгляд, неожиданный, а по существу вполне логический пыл, с которым они недавно взялись за биологические науки и навязали им, как это всегда бывает в Совдепии, "единственно верную" схему Мичурина и Лысенко. В  "человеческой"  сфере,  если  можно  так  назвать  этот самый бесчеловечный в истории эксперимент, большевики стремятся превратить человека  в  бездушную  машину.  Однако до сих  пор опыт показывал, что превратить в машину можно разве что конечности, ну, может быть, отдельные части человеческого тела. Зато человек в целом, а особенно то, что в просторечии понимается под человеческой "душой", под воздействием эксперимента превращается в – тряпку. Выражение "тряпка" в данном случае использовано не как ругательство, а как обдуманное определение. Точность его мы можем констатировать на каждом шагу, сталкиваясь в различных областях советской действительности с компромиссами, которые приводят к отказу человека от своего личного достоинства.
В силу этого Совдепия по своей деятельности, структуре и целям, к которым она стремится, намного ближе к понятию абстрактного "зла",  чем  может показаться,  и составляет для человечества опасность куда  большую,  чем это сознает рядовой  гражданин небольшевицкого мира. Приписывать же Совдепии деяния или цели такого политически примитивного содержания,  как, например, антисемитизм, русификация  и  иные  аналогичные  категории – общепринятые  не только в повседневной антисоветской пропаганде, но, случается, и в серьезных трудах, - отдает заурядным анахронизмом, в последствиях же своих – отвлекает внимание от действительной опасности.  Существует  немало  проявлений  этого  анахронизма,  самое классическое из которых –   отождествление нынешней Совдепии с прежней Россией. На самом деле, критерии,  которые сегодня управляют Совдепией, не имеют ничего общего с теми, которые правили дореволюционной Россией.

Почему евреи должны составлять исключение?
Чем  порождена сенсация,  только  что обошедшая  весь  мир и гласящая, что Совдепия якобы придала своей внутренней политике антисемитскую направленность? Вполне понятными побуждениями. Общественное мнение западного мира сформировано под влиянием войны с Гитлером. Поскольку Гитлер был антисемит и совершил чудовищное преступление массового истребления евреев, антисемитизм во враждебном Гитлеру лагере стал почти синонимом единодушно  всеми  проклятого  преступления.  И  с  того  момента, когда этот самый мир оказался в состоянии войны, пока что холодной, с Совдепией, он, естественно, пользуется случаем обвинить ее в деяниях,  как  можно  более  непопулярных  в  глазах  маленького человека. А маленький человек сегодня на Западе – несомненный диктатор общественного мнения. Конкретным примером послужили процесс Сланского и его товарищей в Праге, а также московские комментарии в связи с арестом группы врачей – якобы отравителей. Дело в том, что на этот раз жертвами советского террора пали, в  частности,  евреи,  которым  поставили  в  вину  принадлежность  к сионизму  и  еврейским  антисоветским  организациям.  Многие  западные источники подчеркивают – и с большой силой подчеркивают, - что обвинения такого рода Москва выдвинула впервые.
В течение тридцати пяти лет большевики обвиняли и приговаривали к смерти миллионы  русских,  украинцев, белорусов,  поляков, литовцев, латышей,  финнов,  татар,  представителей всех мусульманских наций Кавказа и Средней Азии, а теперь также немцев,  чехов,  венгров,  румын,  болгар и т.д.  и т.п. – за  принадлежность к антисоветским националистическим группировкам и организациям. В числе осужденных бывало немало евреев, и не только по обвинению во внутрипартийной оппозиции или других уклонах. Эрлих  и  Альтер были  обвинены  в  принадлежности  к  еврейскому Бунду, а сверх того – в прогитлеровской деятельности. Не следует также забывать,  что в  1939-41 гг. на всех территориях, оккупированных Совдепией, высылке или аресту подлежали евреи, принадлежащие к еврейским политическим группировкам, в первую очередь сионисты, наравне с поляками, украинцами, литовцами и т.д., которые принадлежали к своим национальным  группировкам.  Но тогда  в  мире господствовал другой  политический  курс,  и  об этом молчали.  В  катынских  могилах  лежат десятки  евреев  с  пулями НКВД  в  затылке.  Когда  немцы  взяли  Львов,  они  обнаружили  в тюрьме триста  убитых властями  советских евреев.  Они находили их и во всех советских тюрьмах, превращенных большевиками при отступлении в места массового истребления. В Белостоке, Березвече,  Вилейке-Повятовой,  Провенишках и т.д. — на всем пространстве от Балтийского моря до Черного. Этот факт,  разумеется, ставил в тупик гитлеровскую пропаганду,  но все-таки не помешал ей отождествлять Совдепию с международным еврейством. А на Западе молчали.
Выходит,  во-первых,  неправда,  что "впервые осудили  евреев по обвинению в принадлежности к сионизму"; во-вторых, даже если бы так было, это свидетельствовало бы скорее о стремлении применять  единообразно  ко  всем  народам  действующее  в  Совдепии правило.
Происходит явное  недоразумение.  Обвинять Совдепию в антисемитизме  столь  же  необоснованно,  как  и  отождествлять  ее  с международным  еврейством,  что  делал  Гитлер.  Необоснованно просто потому, что большевизм действует в совершенно ином пространстве. А именно в пространстве,  определяемом  координатами советского и антисоветского. Ни раса, ни национальность при этом значения не имеют.
Недавние приговоры нескольким евреям — логическое следствие, вытекающее как из доктрины, так и из существующего опыта большевизма. Отчего же большевикам не предъявить евреям обвинение в принадлежности к национальной организации, если в этом обвиняют людей всех других национальностей?  Считая этот факт свидетельством антисемитизма, мы можем с таким же успехом обвинить Совдепию в антиугрофиннизме или антиболгаризме.
Смена  курса в  1934  году
Мы могли бы также сказать, что до  1934 года Совдепия была прежде всего "антирусской". Именно до этого времени большевики усматривали  в  проявлениях  русского  национализма  самый  опасный для них очаг контрреволюции. Эта опасность была, вне сомнения, преувеличена, но такой курс сохранялся вплоть до XVII партийного съезда  (1934), на котором сам Сталин заявил,  что националистические уклоны  отдельных  национальных  групп представляют теперь большую опасность, чем русский национализм. С этого момента начался и осуществлялся во время первых больших чисток курс, который с незначительными отклонениями и по сей день остается генеральной линией. У нас нет никаких оснований не верить  Сталину,  что  русский  национализм,  русская  контрреволюция, русское национальное движение в это время в Совдепии действительно были подавлены. Но большинство западных специалистов по России сделало совершенно противоположный вывод: именно Сталин дал русскому национализму новый разбег. Эдвард Крэнкшоу,  Хью Сетон-Уотсон и особенно Уолтер Колаж в своей книге "Россия и ее колонии", так же, как и иные прочие, не говоря уже о польских эмигрантских публицистах, обнаруживают в советском государстве возрождение старого, русского по духу, империализма. Это был бы еще один аргумент,  прокладывающий путь легенде об антисемитизме в Совдепии под возрожденным лозунгом: "Бей жидов, спасай Расею!”
Откуда берутся «Иванов»  и «Попов»?
В действительности дело обстоит не так просто. Контрреволюция, подавленная в центре, окопалась на окраинах. Воспользуемся примером  наиболее  отсталых  народов:  вопреки  утверждению  об "азиатском"  происхождении  большевизма,  именно  азиаты  с  наибольшими  препятствиями  принимают  навязанную  им  форму  советского бытия. Совдепия дала им на их языке школы, университеты, театры, книги, газеты, которых у них раньше не было. Где здесь можно усмотреть русификацию? Но дальше события пошли следующим образом: туркмены,  узбеки,  башкиры и т.п.  не хотят этого большевицкого содержания, не хотят этих газет и книг, которые по содержанию  им  отвратительны,  и  не  читают  их.  Они  ненавидят большевизм. Совдепия не может на азиатских окраинах найти искренних  большевиков  или,  по  крайней  мере,  в  таком  количестве, как им нужно.  Поэтому они делегируют из центра надежных людей. Ими оказываются, конечно, "Иванов” и "Попов", но не потому что они русские, - наоборот, в Москве предпочли бы послать узбека или туркмена, - а потому что,  несмотря на усиленные старания, других найти не могут! "Иванов" и "Попов" едут, таким образом, не затем, чтобы русифицировать, а затем, чтобы – болыпевизировать.
Проявления  русификации,  которые  зачастую  встречаются  в таких случаях  (но еще чаще это только видимость русификации), - побочный продукт, вторичный феномен. Они вызваны нуждой, точнее  говоря,  простой  нехваткой  местных  кадров.  Ведь  "Попов" или "Иванов" часто даже не знает местного языка, в чем его упрекнуть трудно. Языки-то экзотические.  К тому же, многие языки — очень трудные. Латышский, эстонский или  финский тоже не относятся  к  числу легко поддающихся изучению. Эти  проявления  невольной  русификации  не  только  не  входят  в  линию  поведения большевиков, но не входят и в их интересы. Они противоположны принципам и целям большевизма. Совершенно другое дело — обучение русскому языку во всех союзных республиках. В таком централизованном государстве, как Совдепия, это совершенно необходимо, и очевидность этого не может возбуждать сомнений. Но  именно два  этих  факта:  "Иванов"  и  "Попов”  на  постах  в союзных республиках и русский язык как предмет в школах — чаще всего провоцируют утверждение,  что Совдепия,  мол, проводит русификацию.
Я опускаю здесь совершенно иной аспект. А именно: политическую  и  экономическую  зависимость  всех  народов,  входящих  в состав Советского Союза, от центра в Москве. Зависимость эта абсолютная. Ее нельзя, однако, смешивать с мнимой "русификацией" как программой по национальному вопросу. Эта программа опирается на принцип "культуры, национальной по форме и социалистической по содержанию".Невозможно все, что делают или говорят большевики,  всегда понимать наоборот только потому,  что они  - враги.  Такого рода метод, иногда неплохой для пропаганды, рассчитанной на текущий момент,  может  привести  к трагическим  результатам  в  политике, рассчитанной на будущее. Он – упрощение и, как всякое упрощение,  способен  полностью  затуманить  действительность.  Такую тактику  испробовали  поляки  и  чехи  в  минувшей  войне:  раз  Геббельс утверждал,  что им  грозит  советское рабство,  они  убеждали себя в том, что оно им не грозит. Те, кто сегодня наперекор Сталину подрывает веру в искренность советского принципа "национальной формы и социалистического содержания", выглядят людьми, не отдающими себе отчета в важности этого признания, в котором противник открыл свои карты.  Ибо  в  этом  искреннем  признании  обнаруживается  вся  опасность советской экспансии и предупреждение именно о том, что все нации будут лишены своей национальной сущности. Ведь под нацией,  как бы ни были разнообразны ее научные определения,  мы прежде всего понимаем содержание, а не внешние формы. Большевики же вполне откровенно предупреждают,  что "содержание”  не должно быть национальным и что каждая нация должна подвергнуться преобразованию в новую сущность, которую они называют "социалистической". Можно было бы сомневаться в свойствах этой новой сущности, если бы у нас перед глазами не стояли чудовищные образцы советского опыта, которые иллюстрируют это "содержание". Оно, безусловно, более отвратительно, чем могла бы быть любая замена одной национальности другою.
Идеал  начальника  тюрьмы
Есть еще один аргумент,  который не позволяет сомневаться в искренности советской национальной политики. А именно: любое давление одного народа  на другой  вызывает рефлекторную  реакцию и взаимное разжигание националистической ненависти. Большевики этого не хотят. У большевиков хватает работы по советизации, и затруднять себе эту работу  - не в их интересах. Большевики хотят все народы превратить в один народ – советский. Им нужны  не  ссорящиеся  между  собой  националисты,  но  послушные – большевики.  Совдепия не  ведет политики  "разделяй  и  властвуй". Политику "разделяй и властвуй" может проводить только государство, которое гарантирует свободу или хотя бы относительную свободу для внутренних национально-сепаратистских движений и поворачивает их конфликты в выгодном для себя направлении. Но ни в коем случае – государство, где господствует тотальное рабство. Поэтому  Совдепии  нужно сосуществование  порабощенных  народов, основанное не на розни, а на взаимном согласии и прививающее  этим  народам  слепое  послушание.  Это  желание  со  стороны большевиков совершенно понятно. Можем ли мы себе представить, чтобы  какому-нибудь  начальнику  тюрьмы  понадобились  драки между отдельными камерами, удары скамейками в разгораживающие их стены, свалки в коридорах и зэки,  рвущие на себе полосатую одежду каторжников? Наоборот, идеал тюрьмы  - внутреннее спокойствие, буквальное следование висящим на стенке правилам внутреннего распорядка и  - смертельная тишина.
Subscribe

  • Из польской прессы

    Автобусные фабрики, локализованные в Польше, стали лидерами по экспорту на пространстве ЕС. Самым крупным производителем оказался Солярис в…

  • Белорус - это советский человек

    Январский номер «Политики» опубликовал статью либерального по своим убеждениям писателя, журналиста Земовита Щерека «Демолюды…

  • Пятница

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments